16+
14 октября 2016 10:33

Сергей Филимонов: История главного университета Крыма – яркая страница в истории интеллигенции, науки, культуры и просвещения полуострова

АА Распечатать

О некоторых фактах уникальной истории самого крупного вуза полуострова рассказал доктор исторических наук, профессор, заведующий кафедрой истории России Таврической академии КФУ имени В.И.Вернадского, известный крымский историк-источниковед Сергей Филимонов.

Примечательно уже то, что наш университет возник в разгар Гражданской войны, когда многие учебные заведения прекращали свое существование. 14 (1) октября 1918 года, в светлый праздник Покрова Пресвятой Богородицы в симферопольском театре Таврического дворянства (ныне – Крымский академический русский драматический театр им. М. Горького) состоялось торжественное открытие Таврического университета, которому суждено было стать старейшим и авторитетнейшим высшим учебным заведением Крыма. Как известно, Добровольческая армия не признавала университетов, возникших во время Гражданской войны. Но для Таврического университета было сделано исключение, и он был признан двенадцатым российским университетом. Таким образом, если Московский университет был первым российским университетом, то Таврический университет стал последним российским университетом, открытым в досоветский период отечественной истории. Хотя наименование вуза неоднократно менялось. В 1918-1921 годах он назывался Таврическим университетом. В 1921-1925 – Крымским университетом имени М.В.Фрунзе, в 1925-1972 – Крымским государственным педагогическим институтом имени М.В.Фрунзе, в 1972-1999 – Симферопольским государственным университетом имени М.В. Фрунзе, с 1999 по 4 августа 2014 года – Таврическим национальным университетом имени В.И. Вернадского. Сегодня – это Крымский федеральный университет имени В.И. Вернадского.

История университета – это огромный пласт крымской истории. Сегодня, когда Крым вернулся в Россию, не пора ли написать полную историю действительно главного вуза полуострова, и одного из старейших в стране?

В преддверии 100-летнего юбилея вуза об этом стоит подумать. Первым историографом университета был один из его организаторов и преподавателей, замечательный крымовед, многолетний председатель Таврической ученой архивной комиссии и Таврического общества истории, археологии и этнографии (ТОИАЭ) Арсений Иванович Маркевич. Уже в 1919 году в первой книге «Известий Таврического университета» был напечатан его «Краткий исторический очерк возникновения Таврического университета». Кстати, непреходящую научную ценность этого очерка подчеркивает тот факт, что в наши дни его дважды переиздавали – в 2000-м и 2008-м годах.

Следующей важной вехой в историографии университета был 1926 год, когда Маркевич завершил работу над рукописью «История Таврического университета». К сожалению, нам об этой рукописи известно ничтожно мало – она утрачена. Последней работой Маркевича, посвященной истории вуза, был его доклад «К 10-летию основания Крымского университета», прочитанный на заседании ТОИАЭ 10 января 1929 года. Но и эта работа не была напечатана, изложение доклада в протоколе заседания ТОИАЭ тоже отсутствует. А рукописи доклада обнаружить не удалось. Дело Маркевича, скончавшегося в блокадном Ленинграде в 1942 году, продолжили следующие поколения исследователей. Помимо статей и документальных публикаций в 1960-2008 годах вышли четыре коллективно написанные монографии по истории вуза, как правило, последовательно дополняющие одна другую.

Какие периоды истории университета на Ваш взгляд наиболее интересны или мало изучены и почему?

В истории Таврического университета есть период, представляющий особый интерес. Это 1918-1920 годы, когда преподавателями вуза были крупнейшие ученые, бежавшие от большевистского террора из университетских центров России и Украины в «белый» Крым.

К слову, может и сейчас нужно приглашать ученых такого уровня для того, чтобы они тоже читали, например, циклы лекций для студентов КФУ?

Несомненно. К сожалению, период истории Таврического университета с 1918 по 1920 годы в литературе, изданной в XX веке, получил наименьшее освещение. И главной тому причиной стало отсутствие достаточной источниковой базы. Ведь довоенный архив университета погиб, и основным печатным источником долгое время оставались лишь два тома «Известий Таврического университета», вышедшие в 1919 и 1920 годах. А вышеупомянутая рукопись Маркевича 1926 года была использована авторами «Истории Крымского педагогического института» (Симферополь, 1960) в минимальной степени.

Почему?

Полагаю, это было обусловлено цензурными соображениями советской поры. Сегодня уже не секрет, что немало профессоров Таврического университета стали «белоэмигрантами».

В архивах сохранились какие-то косвенные сведения об университете?

Узость источниковой базы заставила исследователей искать дополнительные источники информации о вузе – они обратили внимание на архивы учреждений, организаций и отдельных лиц, связанных с университетом в начальный период его существования. А также на источники личного происхождения – воспоминания, дневники. В конце 1990-х мне посчастливилось выйти на богатейший, но остававшийся неосвоенным исследователями уникальный источник по истории крымской интеллигенции, науки и культуры в 1917-1920 годах – крымские газеты периода Гражданской войны. На их страницах удалось обнаружить не только хроникальные заметки, позволяющие воссоздать недостающие страницы истории университета и существовавших при нем научных обществ (Математического, Педагогического, Хирургического, Общества изучения музыки, Общества философских, исторических и социальных знаний), не только информацию об участии профессоров университета в деятельности крымских научных организаций (Таврической ученой архивной комиссии, Крымского общества естествоиспытателей и любителей природы, Религиозно-философских обществ, Литературного общества в Ялте), но и остававшиеся неизвестными публикации целого ряда корифеев отечественной науки, составляющих гордость и славу Таврического университета. Кстати, работа по изучению крымских антибольшевистских газет периода Гражданской войны продолжается. К ней подключились и другие исследователи. Убежден, что на этом пути нас ждет еще немало впечатляющих открытий.

Что Вас больше всего поразило в найденных документах об университете?

Тот факт, что и в жестокие годы Гражданской войны русская интеллигенция следовала своим лучшим демократическим традициям – традициям энергичного просвещения народа. Например, заметка «Новые курсы» в «Таврическом голосе» 19 (30) ноября 1919 года знакомит нас с тематикой публичных лекций, читавшихся в конце 1919– начале 1920 года крупнейшими учеными – профессорами Таврического университета С.Н. Булгаковым, Б.Д. Грековым, Р.И. Гельвигом, А.Н. Деревицким, А.П. Кадлубовским, Г.Ф. Морозовым, А.А. Смирновым, И.П. Четвериковым. Лекции на эти темы впору читать и сегодня. Судите сами по их названиям: «Принципы школьного обучения», «Женское образование на Западе и у нас», «Основные течения в современной психологии и педагогике» и др.

Статья «Университетская жизнь: Аскания-Нова» в газете «Южные ведомости» от 24 июня 1920 года свидетельствует о том, что знаменитый заповедник в 1920 году находился в ведении Таврического университета.

Или взять такой не менее интересный факт, подтверждающий роль русской интеллигенции в просвещении народа. 18 мая 1920 года, за полгода до прихода в Крым большевиков, в симферопольском театре таврического дворянства ректором Таврического университета профессором Р.И. Гельвигом была прочитана публичная лекция на тему «Наше время в свете исторического процесса». После состоялся диспут, в котором участвовали профессора Таврического университета – историк Б.Д. Греков, философ и правовед П.И. Новгородцев, философ и психолог И.П. Четвериков. Примечательно, что весь денежный сбор от диспута поступил в распоряжение Общества друзей университета и предназначался для содержания студенческого общежития. А три дня спустя, 21 мая (3 июня) 1920 года в симферопольской газете «Южные ведомости» была напечатана заметка «Диспут», подробно информировавшая читателей об этом ученом мероприятии.

Кое-что из деятельности Общества друзей университета стоит позаимствовать нынешнему его «наследнику» – Наблюдательному совету КФУ. Сейчас много говорят о том, какое у нас должно быть высшее образование. А в годы Гражданской войны в Таврическом университете о качества университетского образования шла речь? Или тогда было, как говорится, не до жиру, быть бы живу?

Примечательно, что единственной лекцией, состоявшейся в день торжественного открытия Таврического университета 1 (14) октября 1918 года, была лекция знаменитого в будущем советского историка, академика, трижды лауреата Сталинской премии, а в 1918-1920 годах – заведующего кафедрой русской истории профессора Бориса Дмитриевича Грекова. Лекция завершалась проникновенными словами: «В заключение своей лекции я хотел бы, обращаясь к своим молодым слушателям, пожелать им того, что я считаю самым важным для всякого, кто пришел в университет, – никогда не уставайте в своих исканиях, не падайте духом при неудачах, но и не ослепляйте себя уверенностью в обладании научной истиной; ищите не переставая; радость только в искании».

А год спустя, 1 (14) октября 1919 года, в ознаменование первой годовщины Таврического университета была выпущена однодневная газета «Vivat Akademia!», в которой была напечатана статья того же профессора Грекова «Задачи университетского преподавания». В ней ученый высказывал следующие мысли: «Нередко приходится слышать от студента вопрос, отчего в университете не читается полностью, от альфы до омеги, тот или иной курс, иногда с упреком по адресу университета говорят: «мы этого не слушали», и в тоне говорящего слышится желание умыть руки и факт своего незнания объяснить дефектами в постановке университетского преподавания. Все это явные недоразумения, свидетельствующие о том, что задающие подобные вопросы и высказывающие подобные осуждения университету прочно не представляют себе задач университетского преподавания, какие принимает на себя университет. У университета есть идеал, руководящий всей его жизнью, но едва ли полностью осуществляемый и, может быть, даже неосуществимый, но к которому, тем не менее, университет всегда стремится, -это культурное перерождение человека. Человек, вышедший из университета, должен смотреть иными глазами на мир, должен иметь какое-то истинное мерило в распознании жизненных ценностей, и этими приобретенными в университете свойствами должен отличаться от тех, кто в университете не был».

В этом плане примечательна и беседа корреспондента газеты «Таврический голос» с ректором Таврического университета В.И. Вернадским, опубликованная 1 (14) октября 1920 года. Приведу некоторые выдержки из нее: «Под конец беседа коснулась вопроса о роли студенчества в жизни университета. Роль эту В.И. считает весьма важной и крупной, но именно в жизни университета, а не в управлении им. Последнее всецело должно принадлежать совету университета. В массах российского студенчества одно время бродила идея о привлечении его к управлению университетами, но практического осуществления она нигде не получила, выливаясь только в довольно фантастические проекты. К сожалению, в Таврическом университете не чувствуется довольно яркой, полнозвучной жизни студенчества. Виной этому, вероятно, те тяжелые условия современности, которые отнимают у студентов все время на поиски заработков, но, так или иначе, студенчество Таврического университета до сих пор недостаточно использовало все возможности развития своей жизни, помимо участия в управлении университетом, что совершенно не нужно».

Нынче у Владимира Ивановича Вернадского, наверняка, нашлось бы немало оппонентов в этом вопросе?

Вот некоторые мысли ректора В.И. Вернадского, которые он высказал в беседе с корреспондентом газеты «Юг России» 14 (27) октября 1920 года: «Университет должен активно идти на помощь и поддерживать правительственные усилия в деле возрождения России. Другая задача – это немедленное содействие правительству в правильном использовании производительных сил природы. Положение профессоров и преподавателей сейчас очень тяжелое; многие живут сейчас в ужасных материальных условиях и потому, конечно, не в состоянии правильно работать. Наша задача, прежде всего, – создать такие условия, при которых был бы обеспечен хотя бы минимум, необходимый для существования. В этом отношении правительство широко идет нам навстречу. Но, как уже всем теперь ясно, одно только увеличение количества выдаваемых денежных знаков не улучшает дела. Университет встал на путь самодеятельности и организует сам ряд продуктивных центров – сельскохозяйственные фермы, разведение птиц, свиней, кроликов, устройство молочной фермы, собственное рыболовство, прачечную и т.д. Все это возможно, конечно, при правительственной поддержке, и начинания университета в этой области встречают самое сочувственное отношение правительства. Я думаю, что несмотря на стихийные процессы, участниками которых мы являемся, очень многое зависит от нашей воли. Надо думать, у русских ученых хватит энергии и воли к возрождению русской науки и русской культуры, к возрождению России, тем более, что правительство чрезвычайно охотно и широко идет навстречу всем начинаниям университета».

В заключение считаю необходимым помянуть добрым словом первого ректора Таврического университета профессора Романа Ивановича Гельвига, вошедшего в историю как «творец двенадцатого российского университета». Господь был милостив к нему: Роман Иванович скончался от сыпного тифа в возрасте 47 лет 2 октября 1920 года, за полтора месяца до прихода в Крым большевиков и начала чудовищного по масштабам и жестокости красного террора. Автор одного из многочисленных некрологов, посвященных памяти Гельвига, писал: «Создать храм науки на Юге России в переживаемый критический момент значило заложить новый очаг русской культуры в момент ее разрухи. История не забудет этой услуги. Вечная память обеспечена покойному в летописях и русской науки, и русской общественности, и русской государственности».

Почти вековая история нашего вуза подтвердила прозорливость автора вышеприведенных слов. Наш университет, существовавший и в досоветский, и в советский, и в постсоветский периоды, несмотря ни на что, вопреки энергичным попыткам в 1992-2013 годах его украинизировать, всегда оставался очагом русской культуры.

Беседовала Елена Озерян

Дорогие читатели!

Призываем вас взвешенно комментировать публикации на нашем сайте. Мы уважаем право каждого на свободное высказывание своего собственного мнения и благодарны за желание им поделиться. В то же время, на этапе премодерации будут удаляться сообщения, содержащие ненормативную лексику и личные оскорбления, призывы к экстремизму и разжиганию межнациональной розни, побуждающие к проявлению агрессии и вражды. Также не будут опубликованы комментарии с гиперссылками на сторонние ресурсы.

Для оперативного получения новостей подписывайтесь на:
Telegram-канал
Facebook
Вконтакте
Twitter
Youtube

Редакция агентства "Крыминформ"

comments powered by Disqus

Новости